Вопреки всему - быть! Что показали ульяновцам звезды московской сцены

Пять апрельских дней стали праздником для ульяновских театралов. В нашем городе с гастролями побывал Московский государственный академический театр имени Евгения Вахтангова. Эти гастроли посвящены столетию коллектива.

Театр имени Вахтангова приезжал в Ульяновск в 2013 году на фестиваль «Золотая маска». Тогда столичный коллектив представил легендарный спектакль в постановке художественного руководителя театра Римаса Туминаса «Дядя Ваня». На этот раз вахтанговцы привезли пять лучших спектаклей, которые сыграли на трех ульяновских сценах десять раз, это «Евгений Онегин» и «Пиковая дама» Александра Пушкина, «Анна Каренина» Льва Толстого, «Наш класс» Тадеуша Слободзянека и «Крик лангусты» в редакции Жоржа Вильсона.

Открыл гастроли спектакль «Евгений Онегин». Его премьера в 2013 году стала громким событием театрального сезона, вызвала волну обсуждений в профессиональной среде и среди зрителей. По-разному восприняли «Онегина» в трактовке Римаса Туминаса и ульяновские зрители, что, собственно, неудивительно для яркого, необычного, талантливого произведения. После спектакля зрители долго не отпускали актеров со сцены. «Чувствовалось неимоверное тепло человеческих сердец в зрительном зале. На улице дул свирепый холодный ветер с Волги, но в зале нам было жарко от аплодисментов и тех эмоций, которые нам подарила публика», - сказал директор театра имени Вахтангова заслуженный работник культуры РФ Кирилл Крок. 

А что думают о «Евгении Онегине» сами вахтанговские актеры?

Автор - впереди вас, больше вас

Народный артист России Алексей Гуськов играет роль Евгения Онегина.

- Алексей Геннадьевич, как, на ваш взгляд, принял спектакль ульяновский зритель?

- Мы не шли за зрительным залом - зал шел за спектаклем. Это не классическое прочтение Пушкина, это авторский взгляд, его надо прочувствовать, подумать, поучаствовать с нами. Прием был невероятный. Мы можем сравнить - где зритель грустит вместе с нами, где он смеется вместе с нами, где на что-то реагирует. В общем, ваш зритель - на уровне самых хороших театральных городов.

- Насколько ваш Евгений Онегин далек от традиционного прочтения образа и приближен к современности?

- Есть режиссеры, которые не очень любят современную драматургию и всегда обращаются к классике. Поэтому читайте внимательно классику, у автора все написано. И автор - он чуть впереди вас, он больше вас и нас, артистов. У Пушкина в финале идет перечисление заслуг Евгения Онегина: «убив на поединке друга, дожив без цели, без трудов до 26 годов (а 26 лет - это уже древний старик в 19-м столетии), томясь в бездействии досуга, без службы, без жены, без дел ничем заняться не успел». Ну чем не современный герой? Смотрите: он убил на поединке друга. Не помню, в каком городе на гастролях после спектакля я услышал необычный отзыв одного зрителя об Онегине: «Я никогда не думал, что он убийца». Каждый перечитывает «Онегина» по-своему. И каждый раз, когда я играю спектакль, какие-то строки совпадают с моим сегодняшним ощущением жизни. И еще: Пушкин придумал язык, на котором мы говорим. Вот откройте «Войну и мир». Первые 25 страниц говорят на французском языке. Русского - не было. «Онегин» - абсолютно русское произведение, написанное вне всех законов. Знаете, сейчас есть учебники по написанию сценариев и пьес. И в любом учебнике написано: он любит ее, она любит другого, дальше они друг в друга стреляют, и он убивает соперника. Тут все наоборот. Татьяна любит его, а Ольга любит другого. Почему Онегин убивает Ленского? Тут нет законов, тут две пары. И все равно оторваться от этого произведения невозможно. Как говорит Людмила Васильевна Максакова, Пушкин - это наша кровеносная система. 

Самое главное - дух Пушкина 

Народная артистка России Ирина Купченко (в спектакле - эпизод «Сон Татьяны»).

- Ирина Петровна, вам хотелось бы сыграть в «Евгении Онегине», поставленном в классических традициях - в костюмах и декорациях пушкинского века?

- Вы понимаете: ни костюмы, ни антураж не делают спектакль. Да, может быть, в нашем спектакле нетрадиционно решенные образы - и Евгений Онегин, и Татьяна, и другие. Я в спектакль ввелась, изначально эту роль играла Юлия Константиновна Борисова. Обычно я видела «Онегина» как зритель. Он в самом деле необычный, и, собственно говоря, в этом его достоинство. Но в этом спектакле есть самое главное - дух Пушкина. Пусть люди другие, пусть они не те, о ком писал Пушкин, - изменилось поведение, повадки, все изменилось. Но дух Пушкина существует. Дело не в этом, какие сделать декорации или костюмы. Да, я в силу своего возраста привыкла к традиционному прочтению. Но я также быстро и отвыкла, потому что понимаю, что это не самое главное. Ты о них не думаешь, когда видишь спектакль. Потому что важно, до какой степени достоверно и глубоко то, что происходит между людьми - актерами, персонажами - на этой сцене. И тебе совершенно неважно, какие там декорации. Поэтому мы, актеры, думаем о том, чтобы все происходящее было сыграно правильно, интересно, точно и не фальшиво.

Кстати, несмотря на напряженный гастрольный график, вахтанговские артисты успели посмотреть исторические достопримечательности центра города и прогуляться по набережной. Ирина Купченко побывала на службе в Спасо-Вознесенском кафедральном соборе и в Спасском монастыре. Она рассказала журналистам о своих симбирских корнях. Оказывается, ее дедушка родился в Симбирске, а прадед занимал должность на недавно построенной в городе железной дороге. Сама актриса родилась в Австрии. Но у предков Ирины Петровны был в Симбирске трехэтажный семейный дом. К сожалению, Купченко не знает, сохранился ли он или утрачен...

Вахтанговцы - это праздник

Народная артистка России Людмила Максакова (в спектакле - Няня, Танцмейстер).

- Людмила Васильева, сохранились ли в театре вахтанговские традиции?

- Все зависит от спектакля, который мы играем. Хороший спектакль - значит, есть традиции, плохой спектакль - нет традиций. Когда к нам пришел Римас Владимирович Туминас, то лицо театра несколько изменилось. Так бывает всегда, когда приходит яркая личность. Он построил свой театр, свой особенный сад. Он нашел театральный язык, который интересен не только у нас в России, но почему-то понятен в любой стране, в какую бы мы ни приезжали, - в Китае, Америке, Франции, Англии, Канаде. Это даже странно. Конечно, спектакли идут с переводом. Но та завораживающая картина «Онегина», которая возникает на сцене, видимо, понятна всем зрителям. Конечно, это авторский театр. Я сейчас играю в трех спектаклях: «Евгений Онегин», «Дядя Ваня» и «Царь Эдип». И к ним слово «успех», наверное, подходит. 

- На сайте театра о некоторых актерах написано - «подлинно вахтанговский артист». Какой он?

- Это отражение нашего отношения к миру. Во Вселенной есть все. Моцарт берет одно направление, Бах - совершенно другое, Шнитке - третье. Точно так же и в режиссуре. Мейерхольд взял одно направление, Таиров - другое. Наши режиссеры Эфрос, Гончаров, Захаров - все это были разнообразные лица, театр был очень разный. Вахтангов взял особое направление. Когда был голод, когда люди переживали совершенно чудовищное послереволюционное время, нищету, разруху, он одел всех в вечерние прекрасные платья, во фраки и сказал: «Будет праздник! Вопреки всему!» Вот это наше, вахтанговское: «Вопреки всему - быть!»

Татьяна ФОМИНА

299 просмотров

Читайте также